ЧТЕНИЕ ЕВАНГЕЛИЯ НА КАЖДЫЙ ДЕНЬ

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

«Как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино... Я в них, и Ты во Мне» (Ин.17:21). Вот златая цепь, связующая нас с Божеством! Отпали мы – восстал Посредник, Который едино есть с Богом Отцом, и стал едино с нами. Становясь едино с Ним, мы соединяемся в Нем и чрез Него с Богом Отцом. Слава беспредельной милости Твоей к нам, Три-ипостасный Боже, благоволивший устроить для нас такой светлый путь к обожению! Высоко подъемлет нас Господь; не отрицай же благодеяния, исповедуй милость и хвали неизреченную благостыню! Отрицаясь от такой высоты, ты думаешь смиряться, а на деле обнаруживаешь грубую неблагодарность и небрежение к высокому дару. Ведай, что средины нет: или все или ничего. Не хочешь этой высоты – останешься вне в горьком унижении и временно и вечно.

Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Иоанна (Ин. 17:18-26) 

Ин.17:18. Как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир.
Ин.17:19. И за них Я посвящаю Себя, чтобы и они были освящены истиною.

Прибавляет: «Как Ты послал Меня в мир... и за них Я посвящаю Себя», то есть приношу в жертву; так Ты и их освяти, то есть отдели в жертву за проповедь и поставь их свидетелями истины, подобно как и Меня Ты послал свидетелем истины и жертвою. Ибо все принесенное в жертву называется святым. «Чтобы и они», как и Я, «были освящены» и принесены Тебе, Богу, не как жертвы подзаконные, закалаемые в образе, но «истиною».

Ибо ветхозаветные жертвы, например, агнец, голуби, горлицы и прочее, были образами, и все святое в прообразе было посвящаемо Богу, предызображая собою нечто иное, духовное. Души же, принесенные Богу, в самой истине освящены, отделены и посвящены Богу, как и Павел говорит: «Представьте тела ваши в жертву живую, святую» (Рим.12:1).

Итак, освяти и посвяти души учеников, и сделай их истинными приношениями, или укрепи их потерпеть и смерть за истину.

Ин.17:20. Не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их,

Сказал: «За них Я посвящаю Себя». Чтобы кто-нибудь не подумал, что Он умер только за апостолов, прибавляет: «Не о них же только, но и о всех верующих в Меня по слову их». Здесь Он опять ободрил души апостолов тем, что они будут иметь много учеников. А чтобы, слыша «не о них только молю», апостолы не соблазнились, как будто Он не отдает им перед прочими никакого преимущества, утешает их, объявляя, что они для многих будут виновниками веры и спасения.

Ин.17:21. Да будут все едино,

А как Он достаточно предал их Отцу, чтобы Он освятил их верою и совершил за них святую жертву для истины, говорит, наконец, опять о единомыслии, и с чего начал, то есть с любви, тем и заканчивает речь и говорит: «Да будут все едино», то есть да имеют мир и единомыслие, и в Нас, то есть по вере в Нас, да сохранят полное согласие. Ибо учеников ничто так не соблазняет, как если учители разделились и неединомысленны.

как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, –

Ибо кто захочет слушаться тех, которые сами неединомысленны? Посему говорит: «И они да будут едино, в вере в Нас, как Ты, Отче, во Мне и Я в Тебе». Частица «как» опять не означает совершенного равенства. Ибо нам невозможно объединиться друг с другом, как Отец с Сыном. Частицу «как» должно понимать так же, как и в словах «будьте милосерды, как и Отец ваш» (Лк.6:36).

да уверует мир, что Ты послал Меня.

Единомыслие учеников докажет, что Я, Учитель, от Бога исшел. Если же будет между ними раздор, то никто не скажет, что они ученики Примирителя; а если Я не Примиритель, то не признают Меня посланным от Тебя. Видишь ли, как Он до конца утверждает Свое единомыслие с Отцом?

Ин.17:22. И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино.

Какую славу дал Он? Славу чудес, догматов учения и еще славу единомыслия, «да будут едино». Ибо эта слава больше, чем слава чудес. «Как мы изумляемся пред Богом, потому что в Его естестве нет ни восстания, ни борьбы, и это величайшая слава, так, – говорит, – и они да будут славны тем же, то есть единомыслием».

Ин.17:23. Я в них, и Ты во Мне; да будут совершены воедино,

«Я в них, и Ты во Мне». Сим показывает, что апостолы вмещали в себя и Отца. «Ибо Я, – говорит, – в них; а Я в Себе имею Тебя, следовательно, и Ты в них».

В другом же месте говорит, что Отец и Сам Он придут и обитель сотворят (Ин.14:23). Сим Он заграждает уста Савеллия и показывает два Лица. Сим же ниспровергает неистовство Ария; ибо говорит, что Отец пребывает в учениках чрез Него.

и да познает мир, что Ты послал Меня

«Да познает мир, что Ты послал Меня». Часто говорит об этом, дабы показать, что мир может привлекать больше, чем чудо. Ибо как вражда разрушает, так согласие скрепляет.

и возлюбил их, как возлюбил Меня.

Здесь частицу «как» опять понимай в значении того, насколько человек может быть возлюблен.

Ин.17:24. Отче! которых Ты дал Мне, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною,

Итак, сказав, что они будут в безопасности, что они будут святы, что многие уверуют чрез них, что они получат великую славу, говорит теперь и о наградах, и венцах, предлежащих им по отшествии отсюда. «Хочу, – говорит, – чтобы там, где Я, и они были»; и дабы ты, услышав это, не подумал, что они получат то же самое достоинство, какое и Он, прибавляет:

да видят славу Мою,

Не сказал «да получат славу Мою», но – «да видят», ибо для человека величайшее наслаждение – созерцать Сына Божия. И в этом – слава для всех достойных, как и Павел говорит: «Мы же все открытым лицем, взирая на славу Господню» (2Кор.3:18). Показывает же этим, что тогда будут созерцать Его не так, как ныне они видят Его, не в уничиженном виде, но в славе, которую Он имел прежде сложения мира.

которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мира.

«Имел же Я, – говорит, – эту славу потому, что Ты возлюбил Меня». Ибо «возлюбил Меня» поставлено в средине. Как выше (Ин.17:5) сказал: «Прославь Меня славою, которою Я имел прежде бытия мира», так и теперь говорит, что слава Божества дана Ему прежде основания мира. Ибо истинно Отец дал Ему Божество, как Отец Сыну, по естеству. Так как Он родил Его, то, как Виновник бытия, Он же необходимо называется Виновником и Подателем славы.

Ин.17:25. Отче праведный! и мир Тебя не познал; а Я познал Тебя, и сии познали, что Ты послал Меня.

После такой молитвы о верующих и обещания им стольких благ, высказывает, наконец, нечто милостивое и достойное человеколюбия Его. Говорит: «Отче Праведный! Я желал бы, чтобы и все люди получили такие блага, каких Я просил верным, но они не познали Тебя и потому не получат той славы и тех наград».

«А Я познал Тебя». Намекает здесь и на иудеев, которые говорили, что знают Бога, и показывает, что они не знают Отца. Ибо «миром» во многих местах называет иудеев.

Ин.17:26. И Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них.

Хотя иудеи говорят, что Ты не послал Меня; но Я сим ученикам Моим «и открыл имя Твое и открою». Как же открою? Ниспослав им Духа, который наставит их на всякую истину. И когда они узнают, Кто Ты, тогда любовь, которою Ты возлюбил Меня, будет в них, и Я в них. Ибо они узнают, что Я не отчужден от Тебя, но весьма любим, что Я истинный Сын Твой и соединен с Тобою. Узнавши же это, они соблюдут веру в Меня и любовь, и, наконец, я пребуду в них за то, что они таковы, что Тебя познали и Меня чтут, как Бога. И они веру в Меня сохранят непоколебимою.

Феофилакт Болгарский. Толкование на Деяния святых Апостолов (Деян.27:1–44) 

Ап. Павел на пути в Рим – от Кесарии до Мир Ликийских (1–5). От Мир до Крита и близ Крита (6–13). От Крита до Мальты (14–44)

Деян.27:1. Когда решено было плыть нам в Италию, то отдали Павла и некоторых других узников сотнику Августова по­лка, именем Юлию.

«Плыть нам». Дееписатель снова начинает повествовать, как спутник апостола, и так – до самого прибытия его в Рим. Кроме Луки, с Павлом находился в этом путешествии Аристарх (2 ст.).

«Сотнику Августова полка» – греч. и слав.: σπείρας Σεβαστῆς, спиры Севастийские – Севастийского отряда, названного так по имени г. Севастии.

Деян.27:2. Мы взошли на Адрамитский корабль и отправились, намереваясь плыть около Асийских мест. С нами был Аристарх, Македонянин из Фессалоники.

«Адрамитский корабль» – Aдpaмит – приморский город в Малоазийской провинции – Миссии, недалеко от Трояды и Асса (см. к Деян.16:7–8, 20:5–6). Это, вероятно, был корабль одного из адрамитских купцов.

«Плыть около Асийских мест», – т. е. вдоль берегов Сирии и Малой Азии до Адрамита. Узники были посажены на этот корабль, очевидно, за неимением другого, который бы прямо направлялся в Италию, – в расчете пересесть в одной из Малоазийских пристаней на другой корабль до Италии. Такие корабли, при живых торговых сношениях Малой Азии с Италией, можно было найти здесь всегда, как случилось и теперь (Деян.27:6).

Об «Аристархе» см. Деян.19:29, 20:4; Кол.4:10; Флм.1:24.

Деян.27:3. На другой день при­стали к Сидону. Юлий, по­ступая с Павлом человеко­любиво, по­зволил ему сходить к друзьям и во­с­по­льзо­ваться их усердием.

«К Сидону» – древнейшему торговому городу Финикии (Мф.11:22), верстах в 100 от Кесарии. Сюда корабль прибыл «на другой день», что показывает полную благополучность плавания.

«Сходить к друзьям». Вероятно, корабль имел здесь довольно продолжительную остановку, во время которой апостол получил от человеколюбивого Юлия разрешение (конечно, в сопровождении стражи) посетить своих друзей, т. е. христиан (ср. Деян.11:19), и воспользоваться их усердием для удовлетворения нужд апостола и его спутников (христиан) в дальнейшем плавании. «Вероятно, Павел нуждался в этом после многих бедствий от уз, от страха, от постоянной перемены мест. Смотри, как писатель не скрывает и того, что он желал получить пособие» (Златоуст).

Деян.27:4. Отправив­шись оттуда, мы при­плыли в Кипр, по причине про­тивных ветров,

«Приплыли в Кипр» – см. к Деян.4 и пар. Это совершилось, по-видимому, вопреки первоначальному намерению плавателей (Деян.27:2) «по причине противных ветров», отклонивших корабль от принятого направления.

Деян.27:5. и, пере­плыв море про­тив Киликии и Памфилии, при­были в Миры Ликийские.

Деян.27:6. Там сотник нашел Александрийский корабль, плывущий в Италию, и посадил нас на него.

«Переплыв море против Киликии и Памфилии...» – (см. прим. к Деян.11 и Деян.13:13), следовательно, не заходя в их приморские города, «прибыли в Миры Ликийские» – цветущий тогда город в Малоазийской провинции Ликии, верстах в 4 от моря, на реке судоходной до самого города. Здесь найден был сотником александрийский корабль, плывший в Италию, на который пересадили узников и конвой. Вероятно, это был тоже купеческий корабль, очень большого размера, везший груз пшеницы (Деян.27:38) и, кроме того, до 276 человек народа (Деян.27:37). Почему этот корабль, плывший из Александрии в Италию, настолько уклонился от прямого пути, очутившись в Малой Азии, неизвестно: может быть, был загнан противными ветрами, может быть, торговыми делами, сдачей или приемкой грузов и т. п.

Деян.27:7. Медлен­но плавая многие дни и едва по­ровняв­шись с Книдом, по причине небла­го­приятного нам ветра, мы подплыли к Криту при Салмоне.

Деян.27:8. Пробрав­шись же с трудом мимо него, при­были к одному месту, называемому Хорошие Пристани, близ которого был город Ласея.

От Мир Ликийских до «Книда» – города в Малоазийской провинции Карий, на полуострове Книдии, при благоприятных условиях плавания, можно было доплыть в один день, равно как и от Книда до известного большого острова «Крита». Но корабль плыл эти расстояния «медленно, многие дни», задерживаемый неблагоприятными ветрами.

«При Салмоне» – мыс на восточном берегу Крита.

«Хорошие Пристани близ города Ласея» – на южном берегу Крита. Здесь была бухта, хорошо защищенная от северо-западных ветров, затруднявших плавание корабля и заставлявших его спуститься под заслон от них Крита, чтобы южнее его и плыть далее. Но здесь, в усугубление прежней, выступила новая беда – не менее сильные и противные юго-западные ветры.

Деян.27:9. Но как про­шло довольно време­ни, и плавание было уже опасно, по­тому что и по­ст уже про­шел, то Павел советовал,

«Пост уже прошел» – разумеется, без сомнения, важнейший пост дня очищения – 10 дня месяца Тифи (во II-й половине сентября). Это было, таким образом, после осеннего равноденствия, когда плавание морское, особенно в тех странах, весьма небезопасно.

Деян.27:10. говоря им: мужи! я вижу, что плавание будет с затрудне­ниями и с большим вредом не только для груза и корабля, но и для нашей жизни.

«Павел советовал, говоря». Апостол Христов достаточно испытал трудность и опасности морских путешествий (2Кор.11 и д.) и был достаточно опытен, чтобы предвидеть бедствия дальнейшего путешествия, воздержаться от которого он давал благоразумный и своевременный совет. Такое естественное, на основании опыта, предусмотрение бедствий плавания не исключает возможности особого прозорливого их предведения, что особенно отмечается далее (Деян.27:22–24).

Деян.27:11. Но сотник более доверял кормчему и начальнику корабля, нежели словам Павла.

Деян.27:12. А как при­стань не была при­способлена к зимовке, то многие давали совет отправиться оттуда, чтобы, если можно, дойти до Финика, при­стани Критской, лежащей про­тив юго-западного и северо-западного ветра, и там пере­зимо­вать.

Деян.27:13. Подул южный ветер, и они, подумав, что уже по­лучили желаемое, отправились, и по­плыли по­близости Крита.:

Деян.27:14. Но скоро поднял­ся про­тив него ветер бурный, называемый эвроклидон.

Деян.27:15. Корабль схватило так, что он не мог про­тивиться ветру, и мы носились, отдав­шись волнам.

Дело яснее должно быть предоставлено так: Павел давал совет тотчас же зазимовать, хотя бы и в не столь удобной для зимовки пристани, предпочитая из двух зол меньшее. Но сотник, как это и естественно, предпочел довериться более испытанным, по-видимому, морякам, чем простому пассажиру. А эти моряки, в свою очередь, предпочли поддаться влиянию других советов – поискать тотчас же более удобной пристани, не выжидая времени. Намечено было по возможности добраться до пристани «Финика», на том же южном берегу Крита, как более защищенной от ветров вдающимися в море мысами. Подувший южный ветер еще более окрылил надежды плавателей, уже мечтавших о получении желаемого. Как вдруг неожиданно налетевший сильный шквал (ευροκλύδων – северо-восточный ветер) не только затруднил их попытку попасть в намеченную гавань, но и помчал совсем прочь от Крита, в открытое море (ст. 16), до островка «Клавды» (к юго-западу от Ласеи и хороших пристаней, как раз по направлению евроклидона).

Деян.27:16. И, набежав на один островок, называемый Клáвдой, мы едва могли удержать лодку.

Деян.27:17. Подняв ее, стали употреблять по­собия и обвязы­вать корабль; боясь же, чтобы не сесть на мель, спустили парус и таким образо­м носились.

Деян.27:18. На другой день, по причине сильного обуревания, начали выбрасы­вать груз,

Деян.27:19. а на третий мы сво­ими руками по­бросали с корабля вещи.

Деян.27:20. Но как многие дни не видно было ни солнца, ни звезд и про­должалась немалая буря, то наконец исчезала всякая надежда к нашему спасе­нию.

Близость островка не уменьшила опасность плавания, а только еще более увеличила, ввиду больших мелей в этом месте. Волны били корабль и обычно следовавшую при нем лодку, которую едва можно было удерживать. Приняты были обычные в таких опасностях меры и для спасения самого корабля: обвязывание крепкими канатами и цепями его бортов и т. п.

«Боясь чтобы не сесть на мель». Направление ветра давало предполагать возможность, что вблизи африканского берега (для александрийских корабельщиков, вероятно, небезызвестного) корабль может нанести на так называемый большой Сырт – громадную мель недалеко от Триполиса, к востоку. Ввиду этих опасений корабельщики прежде всего «спустили парус», чтобы корабль не так сильно ударило и врезало в случае находа на мель. Это отдавало корабль на совершенно беспомощное ношение среди волн. Затем «начали выкидывать груз» (начав, вероятно, с более тяжелых и менее ценных вещей из груза) для облегчения корабля, глубокая осадка которого, при бездействии паруса, грозила особенною опасностью от волн. Когда эта мера для спасения корабля казалась недостаточною, приступили к последней крайней мере – бросанию всякой клади и вещей пассажиров. Эти вещи, по выражению дееписателя, пассажиры «побросали своими руками», т. е. не жалея ничего своего для общего блага и возможной безопасности.

Наконец, стала исчезать «всякая надежда» на спасение: краткое и сильное изображение страшных бедствий плавания, когда даже крепкой душе Павла оказалось нужным небесное ободрение и подкрепление – «не бойся» (Деян.27:24).

Деян.27:21. И как долго не ели, то Павел, став по­среди них, сказал: мужи! надлежало по­слушаться меня и не отходить от Крита, чем и избежали бы сих затрудне­ний и вреда.

Деян.27:22. Теперь же убеждаю вас ободриться, по­тому что ни одна душа из вас не по­гибнет, а только корабль.

Деян.27:23. Ибо Ангел Бога, Которому при­надлежу я и Которому служу, явил­ся мне в эту ночь

Деян.27:24. и сказал: «не бойся, Павел! тебе должно пред­стать пред кесаря, и вот, Бог даровал тебе всех плывущих с тобою».

Деян.27:25. Посему ободритесь, мужи, ибо я верю Богу, что будет так, как мне ска­за­но.

Деян.27:26. Нам должно быть выброшен­ными на какой-нибудь остров.

«Долго не ели...» – конечно, от страшной качки и от сильного беспокойства за свою судьбу. Недостатка провианта на корабле, по-видимому, не было: на нем еще оставалось довольно пшеницы (Деян.27:38).

В минуты всеобщего уныния и отчаяния апостол проливает в души всем отрадный луч надежды – объявлением бывшего ему откровения, что никто не погибнет, только корабль.

«Ангел Бога, Которому принадлежу я и Которому служу» (ср. Рим.1:9) – этими выражениями апостол возбуждает доверие слушателей к словам своим, как человека, близкого к Богу и всецело преданного Ему.

«Явил­ся мне в сию ночь» – как? во сне или видении наяву (ср. к Деян.25:11), не видно из текста.

«Тебе должно предстать пред кесаря» – для решения твоего дела (Деян.25:11, 12). Следовательно, апостолу не суждено погибнуть в море, как бы ни была велика опасность. И не только апостолу, а – вместе с ним и ради его – и всем его спутникам будет спасение: «Бог даровал тебе всех плывущих с тобою...» – в силу того же самого Своего милосердия! по которому прежде ради немногих праведников Он высказывал готовность сохранять от погибели целые города (Быт.18:22–32).

Для большого удостоверения в безопасности апостол указывает на свою веру откровению Божию, которая действительно не могла не действовать посреди всеобщего отчаяния, и уверенность, что вскоре всем им надлежит быть выброшенными «на какой-нибудь остров».

Было ли это тоже открыто Павлу, или это его заключение из слов ангела, или, наконец, собственная догадка его, а только слово его, действительно, вскоре исполнилось.

Деян.27:27. В четырнадцатую ночь, как мы носимы были в Адриатическом море, около по­луночи корабельщики стали догады­ваться, что при­ближают­ся к какой-то земле,:

Деян.27:28. и, вымерив глубину, нашли двадцать сажен; по­том на небольшом рас­стоянии, вымерив опять, нашли пятнадцать сажен.

Деян.27:29. Опасаясь, чтобы не по­пасть на каме­нистые места, бросили с кормы четыре якоря, и ожидали дня.

«В четырнадцатую ночь» – со времени отплытия из бухты.

«В Адриатическом море» – под этим именем в древности разумели иногда не в тесном смысле нынешнее Адриатическое море или Венецианский залив, но все морское пространство между Грецией с востока, южной Италией и Сицилией с запада (со включением и о. Мальты).

«Стали догадываться» – быть может, по особому гулу от прибоя волн.

«Бросили с кормы четыре якоря» – для большей прочности корабля при стоянке.

Деян.27:30. Когда же корабельщики хотели бежать с корабля и спускали на море лодку, делая вид, будто хотят бросить якоря с носа,

«Корабельщики хотели бежать», оставив корабль на произвол судьбы: так сильно было у них отчаяние в спасении и жажда жизни. Вероятно, корабельщики видели невозможность продолжать на нем и дальнейшее плавание. Видели и то, что малый бот не мог быть спасением для всех, почему и решили воспользоваться им для спасения себя, предоставив остальных своей судьбе.

Деян.27:31. Павел сказал сотнику и во­инам: если они не останут­ся на корабле, то вы не можете спастись.

Деян.27:32. Тогда воины отсекли веревки у лодки и она упала.

Павел, уразумевший замыслы корабельщиков, призывает к предупреждению их сотника и воинов, сила которых одна могла остановить гибельный для остальных пассажиров замысел, так как за отсутствием матросов – неопытные в корабельном деле пассажиры и солдаты преждевременно должны были погубить корабль вместе с собою. Замечательно при этом выражение Павла: «вы не можете спастись», если не останутся на корабле матросы... Так была сильна его уверенность в своем собственном спасении. Правда, он должен был верить и спасению всех (Деян.27:24), но это не только не исключало человеческих средств, но и предполагало оные, почему и требовались хотя бы самые краткие меры против всякой попытки испортить дело общего всех, а не единичного лишь спасения. Отсечением веревок от лодки, тотчас унесенной волнами, замысел эгоистов был разрушен и надежда на спасение всех обеспечена.

Деян.27:33. Перед наступле­нием дня Павел уговаривал всех при­нять пищу, говоря: сегодня четырнадцатый день, как вы, в ожидании, остаетесь без пищи, не вкушая ничего.

Деян.27:34. Потому прошу вас принять пищу: это послужит к сохранению вашей жизни; ибо ни у кого из вас не пропадет волос с головы.

Ср. Деян.27 и Деян.27:21, прим.

Близость земли и обещанного всем спасения заставляла, однако, ждать и предсказанной гибели корабля, что предполагало катастрофу и немалые усилия ко спасению. Предвидя все это, апостол, вносивший так много ободрения в своих спутников, снова ободряет их, убеждая всех к принятию пищи для подкрепления своих сил.

Деян.27:35. Сказав это и взяв хлеб, он возблагодарил Бога перед всеми и, разломив, начал есть.

Деян.27:36. Тогда все ободрились и также приняли пищу.

Деян.27:37. Было же всех на корабле двести семьдесят шесть душ.

Деян.27:38. Насытив­шись же пищею, стали облегчать корабль, выкидывая пше­ницу в море.

«Выкидывая пшеницу в море» – вероятно, последние остатки груза злополучного корабля, чтобы облегченный от всего он мог ближе выкинуться к берегу, так как лодки для сообщения с берегом уже не было.

Деян.27:39. Когда настал день, земли не узнавали, а усмотрели только некоторый залив, имеющий отлогий берег, к которому и решились, если можно, при­стать с кораблем.

«Земли не узнавали». Хотя это была небезызвестная морякам Мальта (см. далее Деян.28:1), однако, они не узнали острова, очевидно, потому, что бурею их выкинуло на неизвестную для них сторону его.

Деян.27:40. И, подняв якоря, по­шли по морю и, раз­вязав рули и подняв малый парус по ветру, держали к берегу.

Деян.27:41. Попали на косу, и корабль сел на мель. Нос увяз и остал­ся недвижим, а корма раз­бивалась силою волн.

Простое и наглядное изображение попытки подойти к берегу.

«Развязали рули», которые обыкновенно связывались для защиты от напора волн, когда корабль просто отдавался на волю ветров, или когда становился на якоря.

«Подняв малый парус», чтобы не очень быстро плыть на берег, что – при незнании корабельщиками места – могло быть небезопасно. Но – надлежало исполниться и откровению Божию (Деян.27:26): корабль все-таки наткнулся на мель и волны тотчас начали окончательно разбивать его.

Деян.27:42. Во­ины согласились было умертвить узников, чтобы кто-нибудь, выплыв, не убежал.

Деян.27:43. Но сотник, желая спасти Павла, удержал их от сего намере­ния, и велел умеющим пла­вать первым броситься и выйти на землю,

Деян.27:44. прочим же спасаться кому на досках, а кому на чем-нибудь от корабля; и таким образо­м все спаслись на землю.

Был момент новой опасности для узников и Павла, когда воины усомнились в возможности сберечь вверенных их охране на неизвестной земле, и согласились было лучше умертвить их, нежели отвечать за них пред строгим законом (ср. Деян.12:19). К счастью, благоразумный совет и распорядительность сотника, желавшего спасти особенно Павла (по чувству и своего личного уважения к нему и по поручению прокуратора), не допустил погибнуть тем, кого не дано было погубить морю – при всей его ярости. Чтобы предупредить возможность бегства узников, прежде всего сотник велит умеющим хорошо плавать стражам первыми броситься в воду и выплыть на берег. Таким образом на берегу собиралась достаточная стража для предупреждения побега спасающихся узников, после чего все спаслись на землю, пользуясь, при неумении плавать, разбитыми остатками и вещами корабля. Так исполнилось со всею точностью слово Божие через Ангела Павлу (Деян.27:22, 24).

СОВРЕМЕННЫЕ КОММЕНТАРИИ
(Ин.17:18–26)

Протоиерей Александр Шаргунов

В Своей первосвященнической молитве к Отцу Христос произносит непостижимые страшные слова о Своих учениках: «Как Ты послал Меня в мiр, так и Я послал их в мiр». С проповедью того же учения, с дарами той же благодати. Только Он послан в мiр как Сын Единородный от Отца, а они — как чада Божии по благодати, которую Он купил для них Своею кровью. Господь знает, сколь трудным будет их служение и каких сил потребует оно для достойного его исполнения. Но с теми, кого Христос посылает на проповедь, Он неотступно идет рядом. Как Отец освятил Его, посылая в мiр (Ин. 10:36) , так ныне Он предает их Отцу для освящения.

«И за них Я посвящаю Себя, — говорит Господь, — чтобы и они были освящены истиною». Это значит, что в непорочности Своей Он приносит всего Себя Богу Отцу в Духе Святом. И Его заступничество за нас совершается даром этого приношения. Чтобы и служители Христовы были всецело посвящены Богу и знали по себе, как благодатно действует слово истины, которое они будут проповедовать другим. Подлинная святость есть всегда плод Крестной смерти Господа. И слово истины обретает силу освящения от Крестной смерти Его. Он предал Себя за Церковь Свою — да освятит ее. Никто не может исполнить великое служение посланничества Христова собственными силами, но благодать Божия дается тем, кто предает жизнь в руки Господни.

И мы видим, как постепенно первосвященническая молитва Господа простирается до пределов земли. Вначале Он молится о предстоящих Ему Крестных страданиях, затем о учениках, о том, чтобы сила Божия хранила их. И далее Его взор проникает в далекое будущее, обнимая все времена и все народы, всех верующих во имя Его. Будем помнить всегда, что в этот час Господь молится и о нас. Он знает, что мы не лучше первых избранных Его учеников, и в час испытания можем предать Его, если будем надеяться на свои собственные силы. Но Он никогда не оставит нас и будет вести через все испытания, пока мы не узнаем, что значит подлинное покаяние, и облечемся силою свыше.

Накануне Своих Крестных страданий Христос молится о единстве Церкви. «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они будут в Нас едино». Вся история Церкви свидетельствует, что невозможно создать такое единство никакой внешней властью, никаким внешним объединением. Есть разделение Церквей, вследствие отступления некоторых исповеданий от полноты истины, и есть разделение внутри одной Церкви, несмотря на хранение ею чистоты веры. Христос говорит о единстве личного общения между Богом и человеком и людей друг с другом в любви и истине. Оно не может быть достигнуто никакой человеческой силой, а только силой Духа любви и истины. И это значит, что те, для кого разрыв по-настоящему болит, может преодолевать его только тогда, когда видят цель своей жизни в стяжании Духа Святого, по слову преподобного Серафима. Все, что подлинно едино с Христом Богом и Отцом Небесным, все, кто едино, соединятся в Боге друг с другом. Это единство — необходимо для спасения всех людей. «Да уверует мiр, — говорит Христос, — что Отец послал Меня». Бог хочет спасения всех, и познавшие эту тайну святые призывают нас ничего не пожалеть ради явления в мир силы Креста Христова. «Отдай кровь и приими Дух», «спасись сам, и тысячи вокруг тебя спасутся».

И далее Христос говорит, что Он дал Своим ученикам славу, которую дал Ему Отец. Господи, неужели так велика слава христианина? Но эта слава означает прежде всего Крест. «Ныне прославился Сын Человеческий и Бог прославился в Нем», — говорит Господь, вступая в Свои Крестные страдания. И нет большей чести и славы для христианина, чем пострадать за Христа. Быть христианином значит быть крестоносцем — то есть тем, кому дана Божия слава. Чем большую верность храним мы Христу, тем больше слава.

«Отче! которых Ты дал Мне, — молится Господь, — хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою, которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мiра». Все, что принадлежит Христу, принадлежит и нам. «Если страдаем с Ним, то с Ним и прославимся». Рождество Христово, Крещение Господне и Пасха в Церкви — это «елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся». Теперь «мы видим, как бы сквозь тусклое стекло» (1Кор. 13:12) , а там увидим Его лицом к лицу и будем подобны Ему. Пасхальная радость, которую дает нам здесь Христос, — только предвкушение будущей радости.

«И Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них». Эти последние слова Господа в прощальной беседе с учениками — Его благословение Церкви на все времена. И в особенности на те, когда мiр будет готов поклониться антихристу. Перед лицом предательства и предельного торжества зла Господь возвещает о победе и о славе, которая принадлежит всем.

ПРОПОВЕДЬ ДНЯ

О буре и надежде

Протоиерей Вячеслав Резников

Вынужденное путешествие Апостола Павла в Рим было очень трудным. «Многие дни не было видно ни солнца, ни звезд, и продолжалась немалая буря». Дошло до того, что «исчезла всякая надежда». Был момент, когда «корабль сел на мель: нос увяз и остался недвижим, а корма разбивалась силою волн». Был момент, когда корабельщики «хотели бежать с корабля». Был момент, когда воины согласились было умертвить узников, чтобы кто-нибудь, выплыв, не убежал. И среди этого ужаса только один человек – и сам сохраняет спокойствие, и другим помогает, хотя среди тех – и опытные моряки, и видавшие виды воины. А сам он – кто? – узник, всего лишенный, и отправленный на суд, который неизвестно, чем еще кончится.

Но дело в том, что Павел – один из тех, за кого Господь Иисус Христос посвятил Себя, «чтобы и они были освящены истиною», за кого Он молился перед тем, как принести Себя в жертву на всемирном жертвеннике Креста. «Отче!… Как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир». Павла, как и двенадцать других, Господь послал Сам. Он явился ему и сказал: «Дерзай, Павел: ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме» (Деян.23:11). Он послал Павла, как Отец послал и Его Самого: побеждать силой Креста. Поэтому, чем более Павел унижен за Христа, тем более возвышен; чем крепче за Него связан, тем более свободен; чем больше вокруг опасностей, тем ярче видна на нем царская печать, делающая его неприкосновенным. «Да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино». Кажется, что Павел зависит от каждого человека, будь то воин или корабельщик. Но на самом-то деле «Бог даровал» именно ему «всех плывущих с ним», и все они обязаны вольно или невольно способствовать его делу, «да уверует мир, что Ты послал Меня».

И не случайно именно сегодня, вместе с рассказом об этом путешествии, звучит молитва Господа Иисуса Христа к Отцу. В этих двух чтениях соединено самое тяжкое и самое радостное. С одной стороны – непрерывно многие дни бушует буря, и разверзается бездна погибели. А с другой – является бездна Божественной любви. Слова молитвы Бога Сына к Богу Отцу, как ступеньки спасительной лестницы, спускаются к страждущему, чтобы он мог войти в круг этой любви. «Отче! которых Ты дал Мне, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою, которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мира. Отче праведный! и мир Тебя не познал; а Я познал Тебя, и сии познали, что Ты послал Меня; и Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, и в них будет, и Я в них».

Эта лесенка протянута к каждому из нас. Потому что Господь молит Отца не только о Апостолах: «не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их». И Церковь сегодня учит, чтобы мы в наших бедах вспоминали именно эту последнюю молитву Бога Сына к Богу Отцу, чтобы мы не с чужих слов, а своими ушами слышали, как постоянно живет, как пульсирует и дышит эта любовь Христова к Отцу, и к верным Своим чадам.