ЧТЕНИЕ ЕВАНГЕЛИЯ НА КАЖДЫЙ ДЕНЬ

Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Матфея (Мф. 9:36 - Мф. 10:8) 

Мф.9:36. Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря.

Они не имели пастыря, так как начальники их не только не исправляли, но и вредили им. Дело же истинного пастыря – радеть о пастве.

Мф.9:37. Тогда говорит ученикам Своим: жатвы много, а делателей мало;
Мф.9:38. итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою.

Под «жатвой» разумеет народ, который нуждался в попечении, а под «делателями» тех, которые должны учить, но которых тогда не было среди Израиля. «Господин жатвы» – это Сам Христос, Господь пророков и апостолов. Это видно из того, что Он поставил двенадцать апостолов без того, чтобы испросить это от Бога. Вот слушай!

Мф.10:1. И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь.

Избирает двенадцать учеников по числу двенадцати колен. Дав им силу. Он послал их, хотя и мало было их, так как вообще мало таких, которые идут тесным путем. Дал Он им силу чудотворений, чтобы, поражая чудесами, они имели внимательных к своему учению слушателей.

Мф.10:2. Двенадцати же апостолов имена суть сии: первый Симон, называемый Петром, и Андрей, брат его,

Матфей перечисляет имена апостолов по причине лжеапостолов. Вперед поставляет Петра и Андрея, потому что они и призваны первыми; затем – сыновей Зеведея, но из них Иакова поставляет прежде Иоанна, ибо он исчисляет их не по достоинству, но просто, как пришлось. Итак, он говорит:

Иаков Зеведеев и Иоанн, брат его,
Мф.10:3. Филипп и Варфоломей, Фома и Матфей мытарь, Иаков Алфеев и Леввей, прозванный Фаддеем,
Мф.10:4. Симон Кананит и Иуда Искариот, который и предал Его.

Посмотри на смирение Матфея: себя поставил после Фомы, а, дойдя до Иуды, не сказал: «этот мерзкий человек, этот враг Божий», но назвал его Искариотом, по отечеству, потому что был и другой Иуда – Леввей или Фаддей. Итак, были два Иакова: один Зеведеев, другой Алфеев, и два Иуды: Иуда Фаддей и Иуда-предатель, и три Симона: Петр, Кананит и предатель, ибо Иуда Искариотский назывался Симоном.

Мф.10:5. Сих двенадцать послал Иисус и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите,
Мф.10:6. а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева;
Мф.10:7. ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное;

«Сих» – кого? Рыбарей, простых людей, мытарей. Первоначально посылает их к иудеям, чтобы они не могли сказать: апостолы были посланы к язычникам, поэтому мы, иудеи, не уверовали. Итак, Он делает иудеев безответными. Самарян ставит наряду с язычниками, так как они, будучи вавилонянами, населяли Иудею и не принимали пророков, а только пять книг Моисеевых. Под Царством Небесным разумеет блаженство. Господь дает апостолам чудеса, как оружие, говоря им:

Мф.10:8. больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте. Даром получили, даром давайте.

Ничто так не приличествует учителю, как смирение и нестяжательность. Поэтому эти две добродетели показывают здесь, когда говорит «даром получили, даром давайте». Не превозноситесь, имея такие блага и раздавая их, потому что вы получили их даром и по благодати. Но при смиренномудрии будьте и нестяжательны: «даром, – говорит, – давайте». Исторгая же совершенно корень всех зол, говорит

Феофилакт Болгарский. Толкование на Послание к Римлянам святого апостола Павла (Рим.7:1–13) 

Рим.6:1. Что же скажем? оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак.

Рим.6:2. Мы умерли для греха: как же нам жить в нем?

Апостол сказал, что, когда умножился грех, преизобильно явилась благодать. Вследствие этого иной мог бы рассуждать: итак, не перестанем грешить, чтобы благодать явилась обильнее. Апостол опровергает такое рассуждение, выражаясь отрицательно: "никак", как обыкновенно выражается он о чем-нибудь, по общему признанию, крайне нелепом. Потом приводит доказательство: поскольку мы умерли для греха, стали мертвыми для него чрез крещение, так что уже не должны слушаться его, то как же нам еще жить в нем, иметь расположение к нему и слушаться его? Отсюда узнаем, что чрез крещение всякий верующий действительно умирает для греха, но по нерадению своему сам «воскрешает» себя и тотчас оживает для него, лишь только соединится с ним. Напротив, старательный всегда сохраняет в себе эту мертвенность и, что бы ни приказывал ему грех, не повинуется ему, как мертвый.

Рим.6:3. Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?

Рим.6:4. Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни.

Рассказывает, как умерли мы для греха, и говорит: чрез крещение. Мы крестились в смерть Христа; значит, и мы должны умереть, как умер Он. Ибо что для Христа крест и гроб, то для нас крещение, хотя и в другом отношении; потому что Христос умер и воскрес плотью, а мы умираем для греха и воскресаем для добродетели, дабы как Христос плотью воскрес из мертвых «славою Отца», то есть Собственной Божественностью (ибо слава Отца – Сын), так и мы воскресаем другим воскресением, то есть новым образом жизни. Так, когда блудник становится целомудренным, то представляет собою смерть и воскресение, – смерть порока и воскресение и оживление добродетели в человеке.

Рим.6:5. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения,

Рим.6:6. зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху;

Рим.6:7. ибо умерший освободился от греха.

Не сказал: приобщились подобию смерти Его, но говорит: «соединены», указывая словом «соединение» на плод смерти Христовой в нас. Тело Христово, погребенное в земле, принесло плод спасения. Поскольку же мы погребены в воде, а Христос в земле, и притом мы погребены для греха, а Он телом, то не сказал «смертью», но: «подобием смерти». Поэтому мы будем общниками и воскресения, наследуем жизнь вечную, как показавшие воскресение, состоящее в добрых делах. «Ветхий наш человек», то есть порочность, «распят с Ним», то есть, подобно телу Христову, погребен в крещении; «чтобы упразднено было тело греховное», то есть слагающаяся из разных видов порочность, или склонное ко греху тело наше, почему и присовокупляет: «дабы нам не быть уже рабами греху». Желаю, говорит, чтобы тело было мертво, не в том смысле, чтобы истребилось, но в том, чтобы не грешило. «Ибо умерший освободился от греха». Это говорит о целом человеке. Как «умерший освободился от греха», то есть избавился, свободен, так и ты, крестившийся и умерший для греха, оставайся мертвым.

Рим.6:8. Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним,

Рим.6:9. зная, что Христос, воскреснув из мертвых, уже не умирает: смерть уже не имеет над Ним власти.

Рим.6:10. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живет, то живет для Бога.

Рим.6:11. Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

Здесь, казалось бы, повторение сказанного; но в самом деле его нет. Выше апостол сказал, что мы всегда должны оставаться мертвыми для греха, а теперь рассуждает о воскресении новой жизни по Боге, которую мы всегда должны иметь. Если мы чрез крещение умерли со Христом, то веруем, что всегда будем иметь присущим нам воскресение, состоящее в новой жизни, ибо и Христос, воскресши из мертвых, живет всегда, уже не умрет. «Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха» – значит: Христос умер за наш грех, тогда как сам по себе не был повинен смерти. «А что живет, то живет для Бога», то есть живет божественной силой; ибо Он всегда живет в силе Бога и Отца. Поскольку же Христос не умирает в другой раз, то и мы не умираем вторично чрез второе крещение (то есть для нас нет второго крещения). Итак, останемся в прежнем, то есть в смерти греха, но в воскресении жизни по Боге. А это получили мы во Христе Иисусе, то есть при Его помощи: ибо Кто воскресил нас, когда мы были еще мертвы. Тот тем паче сохранит нас в жизни, когда мы стали живы.

Рим.6:12. Итак да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его.

Желая показать, что мы удерживаемся во власти пороков не насильно и принужденно, но по собственному произволу, не сказал: да не тиранствует, но говорит: «да не царствует», ибо царство есть удел имеющих волю. Выражением же «в смертном вашем теле», во-первых, показал, что ни приятное для тела не прочно (ибо тело подвержено смерти), так что не должно услуживать телу в удовольствиях, ни трудное не постоянно, так что не должно бегать прискорбного и подвигов против удовольствий, и во-вторых, напоминает нам, что смертность есть последствие греха, и внушает не раболепствовать уже греху, как причиняющему смерть.

Каким же образом царствует грех? Если повинуемся ему в «похотях его» телесных, так что не тело причиняет вред по естеству своему, но повиновение греху. Заметь благодать Христову: Адам согрешил, хотя имел тело не смертное, а мы побеждаем грех в смертном теле.

Рим.6:13. И не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности.

Где манихеи, которые говорят, что тело порочно по естеству? Тело есть орудие, а орудие есть средство к добродетели и пороку. Так меч для воина служит оружием за граждан, а у разбойника он есть оружие против граждан. «Не предавайте членов ваших греху в орудия неправды». Ибо кто грешит, тот несправедливо поступает часто и в отношении ближнего, и всегда – в отношении самого себя. «Но представьте себя Богу», размышляя, какое различие между Богом и грехом, и кому лучше подчиняться, греху ли, который умертвил, или же Богу, Который оживотворил. Сказав, что члены суть орудия неправды, показал, с одной стороны, что тело, как сказано выше, не есть что-нибудь худое, когда может быть орудием правды, а с другой – что наступила брань и что нам нужно находиться под предводительством Бога и взять оружие на защиту души своей.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

  Посылая на проповедь св. апостолов, Господь заповедал им всех звать, говоря: "приблизилось Царство Небесное", то есть пришло Царствие - идите в него. Нам же что следует проповедовать? Надо всем кричать: сыны Царствия! не бегите из Царствия в неволю и рабство, - потому что бегут. Одних пленяет свобода ума: "не хотим, говорят, уз веры и гнета авторитета, даже Божественного; сами все разгадаем и порешим". Ну, и порешили. Настроили басней, в которых больше ребячества, чем в мифологии греков - и величаются. . . Других увлекает широкий путь страстей: "не хотим, говорят, знать положительных заповедей, ни требований совести, - это все отвлеченности: нам нужна естественность осязательная". И пошли вслед ее. Что же вышло? Приложились скотом несмысленным. Не от этого ли нравственного ниспадения родилась и теория происхождения человека от животных? Вот куда заходят! А все бегут от Господа, все бегут...

СОВРЕМЕННЫЕ КОММЕНТАРИИ
(Мф.9:36–10:8)

Протоиерей Александр Шаргунов

«Видя толпы народа, Он сжалился над ними». Взгляд Господа исполнен глубокого сострадания к людям. Потому что «они были изнурены и рассеяны». Безмерная усталость, глубокое отвращение к жизни, лишенной смысла. Толпа без пастыря. Люди без Бога. Человечество, бесполезно бродящее по дорогам, которые не ведут никуда.

Разве что-нибудь сильно изменилось в мире с тех пор? Или Христос по иному стал глядеть на род человеческий? Или мы – только называемся христианами? Господь зовет нас увидеть Его глазами все беды и отчаяние сокрушенного народа, до которого никому нет дела.

Господь говорит Своим ученикам: «Жатвы много, а делателей мало». Он видит человечество как поле созревшей пшеницы, волнующееся под летним ветром. Жатва, радость ее – вот она. Но мало делателей. Христос говорит об огромной работе, которую Он должен совершить. И о том, что Он нуждается в соработниках. «Господи, неужели у Тебя мало делателей?» – воскликнул, прочитав в юности эти слова, будущий святитель Лука (Войно-Ясенецкий).

«Молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою». Прежде всего, необходима молитва. Почему? Почему Господин жатвы, Бог, не пошлет Сам сразу нужных делателей? Для чего надо молиться? Нам открывается, как велика человеческая ответственность – Бог нуждается в людях. И как велика тайна молитвенного заступничества – не только о других, но и о себе.

Первый делатель, на которого смотрит Господь, если ты искренне молишься, – это ты. Не молись только о том, чтобы Господь послал других – сам иди. «Вот я, Господи, пошли меня», – говорит пророк Исаия (Ис. 6:8). Как просветить верой наш народ – такой огромный и такой одичавший, после всего, что произошло с ним? Но вместо того, чтобы растерянно стоять перед невозможностью этой задачи, мы должны глубоко осознать самую природу этого служения. Оно зависит от Бога, от Того, Кто нас посылает. Это не просто наше дело. Мы – на ниве Божией в служении Богу, в Его Превечном Совете, чтобы «все человеки спаслись» (1 Тим. 2:4). Потому впереди всего должна идти молитва. И, может быть, упадок духовности в Церкви и вызван утратой молитвы?

«И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами». Никто не может один исполнять дело Божие. Господь избрал двенадцать из сотен Своих учеников, которые следовали за Ним. Священническое служение берет свое начало в воле Христовой создать Церковь. Число двенадцать – символично. Двенадцать колен Израиля составляли народ Божий, и они должны были осуществлять служение Богу в течение двенадцати месяцев года. Это число двенадцать – полнота «земли обетованной», и полнота времен.

«Сих двенадцать послал Иисус, и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите». После Воскресения Он скажет: «Идите в мир весь и сотворите всех Моими учениками». Почему это ограничение в начале? Чтобы показать, что Бог верен Своим обетованиям и что Израиль должен первым принять благую весть. Так всегда проповедовал, как мы читаем в книге Деяний, апостол Павел. Другое дело, что это благовестие было Израилем отвергнуто. Но Господь ищет спасения всех.

И ныне Церковь, собираясь на служение Евхаристии, пророчески прообразует эту тайну: Господь хочет рассеянных чад Божиих собрать воедино. Все человечество призвано войти в Церковь, которая есть образ Пресвятой Троицы. «Да будет все едино, как Мы, да уверует мир» (Ин. 17:21).

«Проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте». Слова, раскрывающие замысел Божий о человечестве. Их проповедь была как утренний свет, возвещающий о восходящем солнце. В жизни каждого человека уже присутствует Бог. И сказать другому: «Я люблю тебя» – значит сказать ему: «Ты не умрешь», потому что любовь во Христе – это приобщение жизни, преодолевающей смерть. Царство Божие уже началось.

Ученики Христовы посылаются как Божие благословение людям, чтобы все знали, что любовь и радость исходят от Царства, которое Христос пришел даровать миру. «Даром получили, – говорит Господь, – даром давайте». Жизнь – дар, и благодать Господня – дар, и те, кто Христов, должен научиться приносить себя в дар в служении Богу и людям.

***

Протоиерей Павел Великанов

После избрания двенадцати апостолов Иисус наделяет их правом проповедовать от Его имени. Им даётся важное поручение: идти по городам Палестины и возвещать, что приближается мессианская эпоха, Царство Небесное. Чтобы их слова не были голословными, Спаситель наделяет их даром совершать чудеса и исцеления — при этом категорически запрещая принимать какую бы то ни было плату за совершённые благодеяния. С чем связан такой запрет? И в чем смысл этого посланничества? Для ответа необходимо вспомнить, чем дышит Иудея в это время. В 66 году до Рождества Христова римский консул Помпей присоединяет Палестину среди других территорий Восточного Средиземноморья. Теперь — это всего лишь третьестепенная по значимости римская провинция, к которой относятся с брезгливым презрением. На фоне активно растущего величия Римской Империи претензии иудеев на свои исключительные отношения с Богом выглядят просто смешно. Нет, им никто не запрещает верить во что они хотят — римлян не особо- то волнуют религиозные взгляды покорённых народов. Такое униженное положение, естественно, рождает в еврейском народе ещё более острую потребность в приходе Мессии Освободителя. Лишь только где-то появляется яркая фигура религиозного лидера — слух пробегает по всей стране: а вдруг это — Мессия? Неудивительно, что в такой атмосфере появляются нечистые на руку авантюристы, которые просто паразитируют на эмоционально разогретых мессианских ожиданиях. Так вот, чтобы не дать повода видеть в учениках ещё одних проходимцев — Иисус категорически запрещает им брать какую бы то ни было мзду за исцеления и изгнания бесов. Заметим также, что ученикам не даётся заповедь свидетельствовать о том, что Иисус и есть долгожданный Мессия: они должны всего лишь творить чудеса и тем самым показывать: всё, время пришло, Царство Небесное наступает! Но почему же Иисус не хочет воспользоваться возможностью возвестить о Себе наибольшему числу иудеев? Не надо долго вчитываться в текст Евангелий, чтобы заметить: Его проповедь сначала — о Царстве Небесном, и только уже потом — о том, какое отношение Он Сам к нему имеет. Спаситель не пытается ломать об коленку мессианские чаяния народа: Он лишь несколько смещает акценты, по-иному расставляет приоритеты — и вот результат: те, кто ещё вчера не были готовы Его слушать, уже задумываются и начинают размышлять о серьезных предметах. Совсем немного пройдёт времени, и окружающие с изумлением поймут: да вот она, долгожданная Мессианская эпоха, Царство Небесное, оно, оказывается, уже наступило — потому что оно не где-то там, в будущем времени, а здесь и сейчас, внутри каждого человека — когда его сердце обретает мир с Богом и другими людьми. Страшны не римляне с их непобедимой военной мощью — страшен грех, разрывающий связь с Богом, страшна не внешняя зависимость, а внутренняя несвобода. Помоги же нам, Господи, и в наших отношениях с людьми учиться Твоей мудрости и педагогичности!

***

Священник Дмитрий Барицкий

Сегодняшний отрывок содержит в себе эпизод избрания апостолов. Господь посылает их на проповедь Евангелия. Ученики должны были разойтись по всему Израилю и рассказать людям о Мессии и Его учении. Более того, подтвердить свои слова удивительными сверхъестественными знамениями. Это очень важный момент. Перед нами яркое свидетельство того, что Бог реализует Свои планы не единолично. Он желает, чтобы в спасении человека активную роль играл сам человек. Что это за роль?

В патерике, собрании рассказов о святых подвижниках, есть такая история. В одной пустыне неподалеку друг от друга жили два монаха. Один из них был такой высокой жизни, что во время Божественной Литургии ему у престола видимым образом сослужил ангел. И вот случилось так, что именно этот святой старец впал в ересь, вероучительное заблуждение. Второй подвижник пришел к нему и обличил его в этом. «Как», – воскликнул святой, – «я не могу быть еретиком. Ведь во время службы мне помогает ангел Божий». «А вот ты у него и спроси», – ответил ему обличитель. Во время Литургии монах обратился к  ангелу, на что тот ответил: «Да, он все верно тебе сказал. Ты заблуждаешься». «Почему же ты  мне  никогда не говорил?» – изумился он, на что услышал: «Потому что Богу угодно, чтобы люди вразумлялись людьми».

В чем смысл такого установления? Ведь проще и эффективнее явиться Самому и все объяснить. Замысел Бога прост: человек должен научиться полноценному общению с другим человеком. Открытости к другому. Готовности его выслушать, принять, если потребуется, простить. Ведь Церковь, как Тело Христово, это и есть полноценное общение не только с Богом, но и с подобным себе. А такому общению нужно учиться. Именно поэтому в Церкви и существует традиция обращаться с молитвой не только к Богу напрямую, хотя теоретически этого было бы достаточно, ведь Он самый главный. Мы часто просим заступления и помощи и у Пречистой Богородицы, и у других святых подвижников. Так мы учимся поддерживать общение не только с Главой Церкви, но и с ее членами, ныне живущими и уже ушедшими, то есть со всей церковной полнотой. Именно в этом общении нам и открывается Господь, через других людей Он становится нам ближе и доступнее.

Невозможно полноценное общение с Богом, если я терпеть не могу тех, кто меня окружает. А потому и говорит апостол Иоанн «Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего». Именно поэтому единственным абсолютным препятствием участия в Таинстве Причастия, которое вводит нас в общение со всей Церковной полнотой, всегда была ожесточенность сердца, нежелание примириться со своим ближним.

Дай же и нам, Господи, смягчить свое ожесточенное сердце. Наладить отношения с теми, кто нас окружает, и кого мы встречаем на своем жизненном пути. Ведь только так мы сможешь наладить отношения и с Тобой.

ПРОПОВЕДЬ ДНЯ

О первом приближении Бога

Протоиерей Вячеслав Резников

Видя толпы народа, изнуренные и рассеянные, Господь сказал ученикам: «Жатвы много, а делателей мало; итак молите Господина жатвы, чтобы послал делателей на жатву Свою». И – послал учеников проповедовать в городах иудейских, что «приблизилось Царство Небесное». Но Господь предупредил, что далеко не все выйдут им навстречу и примут их в свои дома.

Для грешного человека вообще очень непросто вынести приближение Бога. Каково было, например, евреям вступать в первый, Ветхий завет с Ним? Каково было испытать это первое приближение к человечеству Царствия Небесного?.. Тяжело было в рабстве. Но вот Бог явился Моисею и велел вывести народ. И что же? На каждое требование Моисея фараон – наоборот – все более ужесточал их жизнь. Потом пришлось уходить ночью с поспешностью. А впереди – погоня, враги, отсутствие привычной пищи, сорокалетнее скитание в пустыне, пока, наконец, Господь не ввел в землю обетованную. А изнутри сколько поднималось ропота на Моисея, сколько они восставали против Бога, порываясь вернуться в Египет, сколько молитвенных слез пролил Моисей, спасая их от заслуженного гнева!

Дело в том, что пока человек предоставлен самому себе, то есть пока он в плену у диавола, грех, живущий в нем, кажется мертвым. Человек как бы не знает о нем и не мучается. Но вот он получает от Бога закон, получает заповедь, которая говорит о чем-то: «Не пожелай». И вдруг он чувствует, что «грех ожил». Он с изумлением отмечает, что грех, «взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание», что «страсти греховные, обнаруживаемые законом», стали действовать в членах, «чтобы приносить плод смерти», что «грех ожил, а я умер… потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею».

И эта страшная картина оживания и восстания греха – в той или иной степени повторяется всякий раз, когда Бог призывает человека ко святому крещению. Начинаются страхи, терзания совести, начинаются конфликты с окружающими. Люди, которые казались интеллигентными и терпимыми, начинают с дикой злобой бросаться на тебя за то, что перекрестился, за то, что стал по воскресеньям ходить в храм. Новообращенный и сам отмечает, что стал гораздо хуже. А кому-то кажется, что он вообще сходит с ума. Но что же делать? Кто виноват? «Неужели доброе сделалось мне смертоносным»?

Хочется рассказать такой случай. Один христианин пришел в гости к другому, и увидел на стене непристойные изображения. Гость удивился, а хозяин объяснил: «Пока эти картинки у меня висят, я живу спокойно и не грешу, а на них даже не смотрю. Но как только сниму – неудержимо впадаю в блуд. А как повешу – снова живу спокойно».

Что же, свободен ли он от греха, когда и не грешит делом? И будет ли виноват в его грехопадениях тот, кто посоветует ему все же снять со стены непотребство? «Неужели доброе сделалось мне смертоносным? Никак; но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, так что грех становится крайне грешен посредством заповеди». Змей греха терпеливо стережет свою добычу, и только потому пока не терзает, что она не дергается и не пытается вырваться из клетки. И неужели надо молчать, оберегая ложный покой плененного грехом человека?

Господь знал, что произведут заповеди в душе человека, и все же дал их. Апостолы тоже прямо возвещали людям, что они уже не принадлежат себе, что они «умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых». И мы должны быть готовы всякому, требующему у нас отчета о нашем уповании, «дать ответ с кротостью и благоговением» (1 Пет.3:15).